• Таджикистан

    Узбекистан

    Казахстан

    Кыргызстан

    Туркменистан

    Иран

    Афганистан
  • Новость из категории: Главная страница / Политика / Экономика / Иран

    Не окажется ли Иран в альянсе России и Турции в роли «третьего лишнего»

    Не окажется ли Иран в альянсе России и Турции в роли «третьего лишнего»
    Сегодня в Турции начнутся консультации на экспертном уровне с участием иранских, российских и турецких дипломатов, на которых будет проходить обсуждение хода подготовки к встрече в Астане. Саммит в Астане намечено провести 23 января, уже после того, когда в Вашингтоне состоится инаугурация нового президента США Дональда Трампа. Башар Асад с оптимизмом рассматривает перспективы проведения этих переговоров по Сирии. У переговоров есть шанс на успех, полагает сирийский президент. По его мнению, в Астане в отличие от Женевы будут представлены все мнения сирийских групп. Американцы на эту встречу не приглашены. Стать гарантами достижения мира в Сирии договорились Россия, Турция и Иран. Насколько прочен трехсторонний альянс с участием Анкары и Тегерана?

    Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров полагает, что трехсторонний формат Россия-Турция-Иран уже на деле доказал свою эффективность по урегулированию сирийского кризиса, При этом он подчеркивает, что сейчас по теме Сирии Москве стало легче договариваться с турецкими, нежели американскими партнерами. В качестве аргумента в пользу этого вывода называется то, что именно совместные усилия России, Турции и Ирана на практике помогли изменить ситуацию в Алеппо, начать там гуманитарную операцию и достичь соглашения о перемирии. Правда, оценки российского внешнеполитического ведомства о роли в этих успехах турецкой стороны многим экспертам представляются чрезмерно оптимистичными.

    Анкаре предстоит еще много сделать, чтобы тройственный союз достиг заявленной эффективности сотрудничества по Сирии. Пока же сомнения, что турки действительно могут работать вместе с иранцами остаются. Москва не может позволять себе закрывать глаза на некоторые, скажем прямо, не совсем приемлемые для Тегерана предложения Анкары.

    К примеру, удивляет турецкая позиция в вопросе обеспечения режима прекращения огня. Глава МИД Турции, говоря, что этот режим не должен быть распространен на террористические группировки, к их числу отнес и вооруженные формирования ливанской партии Хезболла. «Все иностранные боевики должны покинуть Сирию. Хезболла должна вернуться в Ливан», - настаивает Мевлут Чавушоглу. Ответ руководителей Хезболла вполне логичен: «Мы находимся в Сирии не по просьбе Турции, Саудовской Аравии или Соединенных Штатов, мы находимся здесь в рамках нашего сотрудничества с сирийским правительством». Напомним, что турецкие войска в отличие от отрядов Хезболла находятся на сирийской территории без согласия руководства Сирийской Арабской Республики (САР).

    Президент Башар Асад и сегодня не изменил своего негативного отношения к турецкой роли в гражданской войне. В недавней беседе с французскими депутатами он назвал Турцию «нестабильной» страной», что обусловлено тем курсом, который проводит ее президент Реджеп Тайип Эрдоган. «Он заключил в тюрьмы больше политических заключенных, чем все арабские страны вместе взятые», сказал Асад. Сирийский президент также заявил, что, не доверяет Эрдогану, «поскольку тот исламист».

    С этим можно согласиться. По меньшей мере, отношение турецкого руководства к участию формирований Хезболлы в боях с экстремистскими террористическими группировками не может не удивлять. МИД Турции обвиняет Хезболлу в нарушении перемирия, которое действует с 30 декабря. Более того, министр Мевлут Чавушоглу призвал Иран оказать давление на шиитские группировки, которые поддерживают сирийское правительство. Опять же от Тегерана требуют добиться вывода отрядов Хезболлы из Сирии.

    За подобными условиями Анкары просто невозможно не видеть стремление турецкого руководства воспользоваться трехсторонним форматом сотрудничества с Ираном под патронажем России в своих интересах. Турецкая сторона откровенно пытается улучшить свои позиции в борьбе за будущую Сирию за счет иранцев.

    Расчет Турции не лишен смысла. На фоне отхода на второй план в сирийских делах США и Европы, а также очевидной утраты возможностей эффективного влияния на дальнейшее развитие событий в Сирии Саудовской Аравии и Катара, Анкара пытается «прислониться» к Москве и оттеснить от России ее иранского союзника. Без турков России удавалось достаточно полно сотрудничать с Ираном в Сирии, взаимодействие строилось с едиными целями оказания поддержки законному правительству Асада, с которым Эрдоган, по его же недавнему признанию, будет продолжать вооруженную борьбу. Как сильно могла измениться турецкая политика в Сирии?

    В отношениях с официальным Дамаском ничего в лучшую сторону не меняется, от поддержки протурецкой сирийской вооруженной оппозиции Анкара не отказалась, с террористами ИГИЛ турецкие войска практически не воюют, отдавая предпочтение вооруженной борьбе с сирийскими курдами. Теперь в дополнение к этому турецкие дипломаты стали настаивать на сокращении иранского влияния, стремясь лишить Тегеран действенного механизма воздействия на судьбу вооруженного противостояния в Сирии – отрядов ливанской партии Хезболла. Трудно представить, чтобы Иран стал даже обсуждать подобную турецкую инициативы на трехсторонних переговорах.

    Нельзя не видеть того, что итоги 2016 года для международного положения Исламской Республики намного успешнее, чем для Турции. Иран сохраняет внутреннюю стабильность, в то время как турецкая государственность пережила серьезные потрясения: попытка военного переворота, непрекращающаяся вооруженная борьба с курдами на обширных территориях страны, нескончаемая череда террористических актов, превратившая Турцию в одно из самых нестабильных государств региона.

    Иранское руководство не дает поводов, чтобы заподозрить Тегеран в желании воспользоваться текущими бедами соседа. Одним из первых Иран поддержал Эрдогана в дни неудавшегося путча, иранская дипломатия не отказывается от активного двустороннего политического диалога, сделаны новые шаги в расширении торгово-экономического сотрудничества, в условиях отмены санкций на экспорт иранской нефти ИРИ остается ведущим поставщиком углеводородов, обеспечивая почти половину потребляемых Турцией энергоресурсов.

    Не стали возражать в Тегеране и против формирования по инициативе Москвы триумвирата России, Ирана и Турции, справедливо полагая, что это само по себе является крайне важным событием и, признавая, что эти три страны не являются естественными союзниками. Наверное, подобной позиции должны придерживаться Москва с Анкарой. Отрицать наличие противоречий нет оснований, до стратегического партнерства в трехстороннем формате далеко. Можно говорить и об отсутствии полного взаимопонимания между этими странами и в двустороннем измерении. При этом текущие отношения Москвы и Тегерана представляются более продвинутыми, чем с Анкарой. По меньшей мере, острых углов не так уж и много.

    Трудно сегодня соглашаться с обратным мнением, что отношения России с Турцией остаются более тесными, чем с Ираном. Между Москвой и Анкарой в наши дни сохраняется масса противоречий, порою указывающих на фрагментарность выстраиваемого сотрудничества и отсутствие базовых основ для устойчивого партнерства. К примеру, Турция выступает против присоединения Крыма, но согласилась на реализацию проекта «Турецкий поток» — газопровода, который должен пройти по дну Черного моря в обход территории Украины, что еще больше ее ослабит.

    Или, до недавнего времени Россия и Турция поддерживали противоположные стороны сирийского конфликта, однако по мере ослабления связей с Западом Анкара приняла предложение о прямом диалоге с российской стороной по Сирии. Однако, это вовсе не говорит о том, что турецкое руководство безоговорочно приняло условия Кремля.

    Так стоит ли России так спешить с демонстрацией мнимой солидарности с турецким руководством в вопросах сирийского урегулирования? Именно этот вопрос, видимо, больше всего беспокоит сегодня иранскую дипломатию. В Тегеране не могут понять, в чем консенсус в трехстороннем формате с президентом Эрдоганом по Сирии. Он, что признал легитимность президента Асада и отказался от планов вооруженного свержения законного правительства САР?

    Если так, то трехсторонний план межсирийских переговоров в Астане должен основываться именно на этом публичном признании турецкого президента. Тогда и у иранцев не будет повода предполагать, что Москва и Анкара за их спиной договариваются о чем-то своем, а Ирану отводят роль «третьего лишнего».

    Похожие новости

    Комментарии

    Имя:*
    E-Mail: